Дуак холодно глядел на короля, но отменно управлял своим голосом.

- Что привело тебя домой? Ты сваливаешься с неба, словно колдовское заклятье. Уж, верно, не для того, чтобы сокрушаться над развалинами, в которые ты обратил мое землеправление.

- Нет, - невозмутимо подтвердил Мэтом и налил себе вина. - Вы с Рудом очень хорошо справились без меня.

- С чем мы очень хорошо без тебя справились? - процедил сквозь зубы Руд. Ты понимаешь, что мы на грани войны?

- Да. И Ан вооружился для неё в примечательно короткий срок. Даже ты менее чем за три месяца превратился из книгочея в воина.

Руд шумно втянул носом воздух, собираясь ответить. Дуак стиснул его запястье, призывая к молчанию.

- Война. - Лицо его стало бесцветным. - С кем?

- А кто ещё вооружился?

- Имрис? - И Дуак с недоверием повторил: - Имрис?

Мэтом отхлебнул вина. Лицо его теперь выглядело старше, чем под луной, оно было хмурым и утомленным долгими странствиями. Он сел рядом с Рэдерле.

- Я видел войну в Имрисе, - негромко сказал он. - Мятежники удерживали половину прибрежных земель. Это непонятная, кровавая и безжалостная война, и очень скоро она лишит сил Хьюриу Имриса. Ему не удержать её в пределах своих границ, если те, с кем он воюет, решат расширить область военных действий. Я это и раньше подозревал, но даже я не мог бы призвать три удела к оружию без повода. А дать повод могло бы внезапное нападение.

- Ты сделал это умышленно? - ахнул Дуак. - Ты покинул нас для того, чтобы мы вооружились?

- Это была крайняя мера, - признал Мэтом, - но она оказалась действенной.

Он снова бросил взгляд на Руда, когда тот подавленно произнес:

- Где ты был? И собираешься ли хоть немного пожить дома?